Радио спорт — записки заслуженного тренера

Радио спорт в нашей стране все больше и больше набирает обороты

Международные товарищеские соревнования радистов в Ленинграде явились первой большой встречей радистов-спортсменов Советского Союза и стран народной демократии. В этих соревнованиях я принимал участие в качестве тренера команды радистов ДОСААФ СССР. Хотя после соревнований прошло уже несколько месяцев, мне кажется нужным и полезным еще раз возвратиться к анализу их итогов.

Радио спорт  и его массовость обусловила и высокие показатели, достигнутые победителями соревнований. Я твердо убежден, что большой успех советской команды, занявшей первое место, не случаен. Он был подготовлен серией всесоюзных соревнований радистов-скоростников, проводившихся за последние годы. Число участников этих соревнований из года в год возрастало и в 1954 году достигло тридцати тысяч.
Однако хорошие результаты, показанные в международных соревнованиях, не должны вскружить головы ни самим спортсменам, ни их руководителям. Наши друзья и «соперники», радисты стран народной демократии, быстро повышают свой спортивный класс и в самом недалеком будущем смогут доставить немало «затруднений» даже таким нашим ветеранам радио спорта, как Волкова, Росляков, Веремей и другие.

Интересно, что команды Болгарии, Чехословакии, Венгрии состояли преимущественно из молодежи. Не мешало бы и нам подумать о том, чтобы наряду с опытными радистами привлечь к большим соревнованиям молодых спортсменов; пусть они не так опытны, как наши «старики», и результаты их будут не столь блестящи, зато они получат опыт участия в больших соревнованиях и в будущем смогут быстрее расти и совершенствоваться. Наблюдая за соревнованиями, я особенно хорошо понял, что мы недостаточно привлекаем молодых радистов к ответственным выступлениям. Надо готовить смену чемпионам, а для этого необходимо шире привлекать молодежь к участию в соревнованиях.

Несколько замечаний о технике приема и записи радиограмм.

Существуют два метода приема радиограмм. По первому радист записывает каждую букву или цифру немедленно после того, как она прозвучала; при этом он не следит за смыслом передаваемой радиограммы, добиваясь полного автоматизма в записи. Такой метод приема удобен при записи радиограмм, состоящих из цифровых групп или из букв, образующих несмысловые сочетания. Однако радист, ведущий прием по этому способу, обычно испытывает затруднения при записи некоторых букв, которые состоят из малого числа точек и тире телеграфной азбуки, например е, и, т, а, н, так как время, необходимое для записи этих букв, значительно больше времени их звучания при передаче.

Второй метод, разработанный и широко применяемый советскими радистами, основан на сознательном восприятии принимаемого текста; этот метод особенно удобен при приеме радиограмм так называемого «открытого текста» на родном языке. Радист, свободно «читающий» радиограмму и понимающий ее содержание, имеет возможность вести запись с некоторой средней скоростью, отставая от текста при передаче слов, состоящих из «коротких» букв (например, «сессия»), и вновь догоняя текст при передаче «длинных» слов (например, «шопот»). Число удерживаемых при этом в памяти слов обычно не превышает двух-трех. У некоторых радистов оно может доходить до четырех — пяти. Советские радисты, участвовавшие в международных соревнованиях, хорошо овладели обоими методами приема. Это позволило им довести скорость приема с записью на пишущей машинке до 450 знаков открытого текста (вторым методом) и 370 знаков цифрового текста (первым методом). Любопытно отметить, что новый всесоюзный рекорд по приему цифр равен теперь 370 знакам как при записи на пишущей машинке (т. Росляков), так и при записи от руки (т. Масалов). Следовательно, дальнейшее улучшение рекорда по приему цифрового текста зависит теперь не столько от техники записи, сколько от освоения процесса восприятия очень быстрых звуковых сигналов.

Радисты, принимавшие радиограммы с записью от руки, также достигли значительных успехов. Так, представитель Болгарии Веселии Борисов сумел записать не смысловой пятибуквенный текст, передававшийся со скоростью 280 знаков в минуту; трое радистов — Николай Масалов, Зинаида Кубих (СССР) и Веселин Борисов (Болгария)—записали карандашом цифры, переданные со скоростью 370 знаков в минуту.

Для того чтобы писать четко и очень быстро, радист-«ручник» должен затрачивать на запись возможно меньше энергии и вести запись с минимальными усилиями. Один из простейших приемов, применяемый, например, Иржи Мразеком (Чехословакия),— это запись текста микроскопически малыми буквами; высота букв и цифр на контрольных бланках, сданных т. Мразеком в судейскую коллегию, не превышала 1—1,5 мм, что заставило судей рассматривать записи Мразека через лупу. Этот метод, казалось бы, сводит к минимуму усилия, затрачиваемые на запись; однако выигрыш, получающийся из-за уменьшения амплитуды движения руки, может быть потерян вследствие необходимости совершать при записи весьма точные, ювелирные движения, которые можно выполнить только при значительном напряжении пальцев. Поэтому каждый радист-скоростник должен самостоятельно подобрать для себя на выгоднейший размер букв, при котором рука менее всего утомляется. Обычно этот размер равен 3—4 мм.

Немаловажное значение для скорости записи имеет вес карандаша или ручки. Некоторые советские радисты, например Сомов, переходя к приему радиограмм на высоких скоростях, доставали из заветных кармашков специальные «скоростные» карандашики небольших размеров (нормального диаметра, но длиной всего лишь 8—10 см). Большинство иностранных радистов вели прием радиограмм на всех скоростях, пользуясь длинными карандашами; это замедляло скорость записи.

К сожалению, никто из «ручников» не вел запись с помощью автоматических ручек, и даже существует мнение, что пользоваться ими нельзя. А ведь хорошая автоматическая ручка малых размеров, обладающая усиленной подачей чернил к перу (возможно, специально приспособленная для скорописи), может обеспечить запись радиограмм на высоких скоростях с очень малым напряжением руки; ведь ручку не нужно прижимать к бумаге так сильно, как карандаш. Из личного опыта могу сказать, что ручка с закрытым пером завода «Союз» (Ленинград) вполне пригодна для записи радиограмм на значительных скоростях; конечно, для облегчения ручки ее верхнюю часть (колпак) следует снимать и запись текста вести без него.

Радисты, соревновавшиеся по передаче радиограмм на нормальном телеграфном ключе, и на этот раз почти не увеличили скорость передачи. Возможно, что это объясняется достижением своеобразного предела скорости движения и колебания руки с ключом. Очевидно, дальнейший рост скоростей передачи потребует от спортсменов новых больших усилий. Вместе с тем многие участники соревнований, которые вели передачу на автоматических (электронных) ключах, достигли хороших результатов. Нормальный телеграфный ключ и автоматический ключ относятся друг к другу примерно так же, как карандаш и пишущая машинка. Применение одного из них не исключает использования другого. Радисты невысокой квалификации, ведущие связь на маломощных радиостанциях, могут пользоваться телеграфным ключом и записывать текст от руки; радисты высшей квалификации, работающие на сильно загруженных и ответственных линиях связи, обязаны в совершенстве владеть как пишущей машинкой, так и автоматическим ключом. Приведу пример. Чемпион ДОСААФ СССР по приему и передаче ‘радиограмм 1952 года Игорь Владимирович Заведеев, находящийся сейчас на дрейфующей научной станции «Северный полюс-4», все связи со льдины проводит с помощью пишущей машинки и автоматического ключа, что позволяет ему до минимума снизить время работы радиостанции и тем самым сильно уменьшить расход энергии источников питания.

Несколько слов об организации соревнований

Мне кажется, что нечеткость формулировок некоторых параграфов Положения о международных соревнованиях радистов в значительной степени затруднила работу судейской коллегии. В Положении недостаточно ясно были определены понятия «ошибки» и «допустимого искажения» передаваемых знаков телеграфной азбуки; это в некоторых случаях требовало специального уточнения, что считать «ошибками» и «допустимыми искажениями» буквально накануне соревнований. Поэтому в будущем следует особенно тщательно формулировать в Положении вопросы оценки качества передачи.

Мне кажется, что при выборе основного критерия качества передачи судейской коллегии следует идти от самого главного — от возможности четкого приема переданного радистом знака в условиях реальной связи. Было бы неверным принять предложения болгарской делегации и требовать от радиста, передающего текст на нормальном телеграфном ключе, чтобы он выдерживал все длительности точек, тире и пауз абсолютно правильно; не требуем же мы, чтобы «ручники» при приеме вели запись печатными буквами! Поэтому и здесь, при передаче, следует оценивать ее качество только с точки зрения возможности правильного понимания переданного знака при приеме на слух и допускать некоторые несущественные укорочения или удлинения не только отдельных точек и тире, но и промежутков между ними.

Пора подумать и об изменении метода измерения скорости передачи и приема радиограмм

До сих пор мы измеряли скорость, пропуская через трансмиттер ленточку, на которой непрерывно набито слово «Парис», и считали каждое такое слово за пять условных «знаков»; если этот метод более или менее и пригоден при передаче буквенного текста, то при передаче цифр он дает ошибку в два раза, так как каждая цифра состоит из пяти элементов (точек и тире), а буквы, входящие в измерительное слово,— всего лишь из двух-трех. Вероятно, следовало бы ввести новые методы измерения скорости передачи; на международных соревнованиях можно определять ее по скорости движения ленты в сантиметрах в секунду (при автоматической передаче) или по числу переданных групп специально разработанного стандартного текста (при ручной передаче). На всесоюзных соревнованиях .можно определять скорость передачи открытого текста по числу переданных условных слов. В качестве такого слова можно было бы, например, взять слово «волна». Мной подсчитано, что длительность звучания букв этого слова соответствует средней длительности звучания слов и букв самых разнообразных текстов на русском языке; поэтому можно принять, что это слово состоит из пяти «стандартных знаков и пользоваться им в качестве эталона.

Хочется в заключение отметить

Уверен, что очень большую роль для каждого радиста-спортсмена имеет выдержка и самообладание, умение мобилизовать себя и не падать духом при случайных неудачах. Как пример приведу некоторые результаты нашего «машиниста» Рослякова. В первом туре соревнований при передаче на ключе в первой попытке Росляков допустил большое количество ошибок и его работа судейской коллегией не была зачтена. Но спортсмен не пал духом, он сумел взять себя в руки и во второй попытке показал хорошие результаты, а в конце соревнований установил рекорд по передаче радиограмм на автоматическом ключе. Умение мобилизовать себя помогло также Рослякову установить рекорд в приеме радиограмм не только открытого текста, но и цифрового, особенно трудного для спортсмена. И одна из причин успехов Рослякова — крепкая связь с коллективом, товарищеская помощь, сочувствие и поддержка всей команды.

Соревнования окончены

Мы надеемся, что в недалеком будущем, на следующих соревнованиях, мы сможем приветствовать как участников соревнований команды радистов великого Китая и свободолюбивой Кореи. Но что будут делать судьи этих будущих соревнований? Ведь им придется найти способ сравнивать успехи радистов ряда стран, где имеется буквенная письменность, и восточных, где преобладает иероглифическое письмо. Наши китайские товарищи, присутствовавшие на прошедших соревнованиях в качестве наблюдателей, рассказали, что в Китае для передачи «открытого текста» используют четырех цифровые группы, каждая из которых обозначает номер одного из десяти тысяч применяемых иероглифов. При этом китайские радисты часть цифр 3, 4, 5, 6, 7 передают полностью, по обычному телеграфному коду, а некоторые из них сокращают, передавая вместо цифр 1, 2, 8, 9, 10 соответственно буквы А, У, Н, Т. Очевидно, подобные условности имеются и у радистов других восточных стран.

Нужны ли такие соревнования? Конечно, очень нужны. Они укрепляют дружбу радистов Советского Союза и стран народной демократии, позволяют им обмениваться своим опытом. Они подводят итоги роста спортивного и технического мастерства десятков тысяч радистов и указывают новые пути для дальнейшего их совершенствования.

Ю. Прозоровский, мастер радиолюбительского спорта, судья всесоюзной категории 1966 г.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*